Бездушные  - Нил Шустерман

Камю Компри поражён и очарован тем, как музыка может изменять мир. Всего несколько простых аккордов – а помощнее термояда! Вот это топливо и подпитывает его в пути. Музыка соединяет фрагменты его памяти в одно целое, словно звёзды в созвездии. «Соедините точки линиями и увидите полную картинку» .

В этот самый момент Кам, пробираясь сквозь частый сосновый лес в полутора тысячах миль от уютного таунхауса в округе Колумбия, раздумывает, чем сейчас занимается Роберта. Наверняка своим любимым делом – оценивает потери. Интересно, призовёт ли она себе на помощь Инспекцию? Кам ведь теперь что-то новенькое, до сих пор не слыханное – беглый «собранный» . Он такой же человек вне закона, как и те, кого ищет. Это и страшит его, и воодушевляет.

Если он прав, и Риса находится в резервации арапачей – что она скажет ему? Что он ей ответит? И что он станет делать, встретившись лицом к лицу с Коннором Лэсситером? Как ни планируй, а в решающий момент всё равно будешь не готов.

Когда опускаются вечерние сумерки, Кам сталкивается кое с чем совершенно необычным, однако полностью ожидаемым: перед ним в обе стороны тянется бесконечная каменная стена тридцати футов в высоту.

Поначалу она кажется непреодолимой, однако, подойдя ближе, Кам различает сланцевые выступы между гранитными плитами облицовки. Может быть, это всего лишь украшение, но, похоже, оно призвано не только радовать глаз. Чем дольше Кам всматривается в них, тем яснее ему становится, что эти выступы содержат в себе послание. И оно вещает: «Дальше ни шагу… разве что твоя нужда так велика, что высота стены тебе не помеха» .

Кам оценивает взглядом выступающие камни и начинает восхождение. Это оказывается делом совсем не лёгким. Должно быть, получить у арапачей убежище может только тот беглец, который выдержит испытание. Наверняка, думает Кам, были и такие, что сорвались и погибли. Интересно, сколько.

Над верхним краем стены солнце, до того скрытое за гранитными блоками, бьёт ему в глаза с такой силой, что Кам едва не теряет опору. Он-то думал, что светило уже скрылось за горизонтом, на самом же деле оно всё ещё цепляется за верхушки деревьев. А вдруг кто-нибудь заметил нарушителя границы? Правда, поблизости явно никого нет, по обе стороны стены сплошной лес; зато в отдалении расположен посёлок. Кам видит ущелье, дома, словно бы вырубленные в его склонах. Эта местность ему знакома! Или, во всяком случае, какая-то его часть знает, куда он попал.

Юноша слезает вниз и направляется к посёлку.

• • •

Кам доходит до края леса уже в полной темноте. Посёлок выглядит одновременно модерновым и чудесно старомодным. Дома сложены из белого необожжённого и коричневого кирпича; тротуары не асфальтированные, а дощатые – из красного дерева. Повсюду дорогие автомобили, и тут же рядом – коновязи. Арапачи живут по принципу: «Мы выбираем технологии, а не они нас».

Посёлок невелик, но не так уж и мал, жизнь здесь с наступлением темноты не замирает. Рестораны и молодёжные заведения в центре гостеприимно сверкают огнями и полны посетителей. Кам избегает их – он выбирает одну из деловых улиц с банками и другими учреждениями, закрытыми в это время суток. Редкие прохожие говорят ему «добрый вечер» или «tous’ – должно быть, решает Кам, это то же самое по-арапачски, но он не уверен, поскольку в его языковом центре Уил Таши’ни не представлен. Кам отвечает на приветствия. Он тщательно следит, чтобы капюшон его тёмной куртки был низко надвинут, так что волосы и лицо остаются глубоко в тени.

Уил Ташини должен помнить эти улицы. Каму большинство этих воспоминаний недоступно – они теперь часть других людей. То, что досталось ему, больше похоже на принесённый ветром едва различимый запах. Этот аромат памяти кружится в нём, завивается вихрями, толкает его в направлении, неосознаваемом мозгом, но юноша безоглядно доверяется ему.

Один из таких вихрей увлекает его в боковой проулок. Кам даже не замечает, как повернул сюда; это просто случилось, как будто было настолько привычным, что не требовало вмешательства рассудка. Аромат памяти здесь особенно силён. Подчиняясь ему, Кам приближается к двери красного дерева, ведущей в какой-то магазин. Огни погашены – магазин, как все прочие заведения на этой тихой улочке, закрыт.

Кам дёргает ручку – заперто, как он и ожидал. В этой двери, он чувствует, сокрыта какая-то тайна. Не стоит и пытаться раскрыть её сознательным усилием; но тут Кам замечает, что у него словно бы покалывает в пальцах. Он касается кирпичной кладки около двери… Да! Его руки знают нечто, чего не знает весь остальной Кам. Он скользит ладонью по стене – и его пальцы находят то, что ищут. В щели между кирпичами лежит запасной ключ. Вид ключа не вызывает в юноше никаких ассоциаций – о ключе помнят только и исключительно его руки.

Кам вставляет ключ в скважину, поворачивает и медленно открывает дверь.

Ему сразу становится ясно, что за предметы необычной формы свисают с потолка. Гитары! Может, Уил работал здесь? Кам обшаривает закоулки своей памяти, но не находит этому подтверждений. А вот мелодии, связанные с этим местом, тут же начинают звучать в его голове; и он знает: стоит только наделить их голосом – и тут же проявятся дальнейшие ассоциации.

На прилавке лежит гитара. Должно быть, на ней недавно играли, потому что она ещё довольно прилично держит строй. Двенадцать струн. Его любимый тип инструмента. Кам втягивает в себя земляной и древесный дух гитарного магазина и принимается играть.